Лист Ференц
Liszt Franz
22.10.1811 – 31.07.1886
Комета по имени «Ференц Лист»
Венгерский композитор, пианист, дирижёр, педагог, один из крупнейших представителей музыкального романтизма. В его жизни было много славы, денег и любви. Но ещё его жизнь состояла из труда, меценатства (он всегда помогал молодым музыкантам), учеников, с которыми бесплатно занимался до самой смерти (по последним данным их было около 300!).
Кажется, что Лист был человеком абсолютной свободы и абсолютной воли. Он без жалости расстался с карьерой пианиста в зените славы (ему было всего 37!). Среди современников ему не было равных.
В год рождения Ференца Листа небосвод осветился огненным следом кометы.
«Я родился в счастливый год. Как возвестила о том великая комета, она оказалась не просто блуждающей звездой, но знаком иного мира, которому суждено было излить на меня свет и милость»,
— писал Лист одной из своих многочисленных учениц. Жизнь действительно была благосклонна к нему. «Маленький тщедушный болезненный ребёнок» превратился в пианиста, чья игра сводила публику с ума, и в композитора, уже в 14 лет написавшего оперу.
Ференц Лист родился 22 октября 1811 года в деревне Доборьян (ныне австрийский Райдинг), в семье Адама Листа, служившего смотрителем овечьего стада у князей Эстерхази — тех самых, которым когда-то служил Гайдн. Когда Адам заметил у сына способности к музыке, он поклялся сделать всё, чтобы вывести мальчика в люди.
Ференц начал заниматься музыкой в пять-шесть лет. Однажды отец спросил его, кем он хочет стать. Ребёнок указал на портрет Бетховена на стене и сказал: «Как он». Это было не просто детское желание — это было предсказание.
В девять лет он впервые выступил публично — на музыкальном вечере у барона фон Брауна. Игра ребёнка настолько поразила гостей, что князь Эстергази и другие венгерские богачи собрали деньги на его обучение. Семья переехала в Вену.
В Вене Лист начал брать уроки у Карла Черни — ученика Бетховена и одного из крупнейших педагогов фортепианной игры. Черни, по легенде, сказал, что не слышал такого таланта со времён Шуберта. Теорию музыки Листу преподавал Антонио Сальери.
Именно Черни устроил встречу своего юного гения с Бетховеном. Композитор попросил мальчика сыграть фугу Баха из «Хорошо темперированного клавира», чтобы проверить его способности, а затем — первую часть своего Третьего фортепианного концерта. Бетховен не хвалил — это было не в его привычках. Но на следующий день, 13 апреля 1823 года, он пришёл на концерт юного Листа. В конце он поднялся на сцену, обнял мальчика и поцеловал его в лоб.
Лист рассказывал об этом спустя шестьдесят лет, со слезами в голосе:
«Это событие в моей жизни осталось моей величайшей гордостью — это был талисман всей моей артистической карьеры. Я рассказываю о нём крайне редко и только — хорошим друзьям».
Современники восприняли этот поцелуй как символический акт передачи власти от старого повелителя фортепиано к новому.
В 1839 году началось то, что немецкий поэт Генрих Гейне позже назовёт «листоманией». Это была не просто слава — это была массовая истерия, сравнимая с битломанией столетием позже.
За восемь лет — с 1839 по 1847 — Лист дал более тысячи концертов, иногда по три-четыре выступления в неделю. Он гастролировал от Петербурга до Лиссабона, от Глазго до Константинополя, передвигаясь в основном на лошадиных экипажах.
Лист был первым, кто давал сольные концерты — целый вечер на сцене был только он один. Он ставил рояль не как обычно — спиной к залу, а в профиль, чтобы публика видела его лицо, его руки, его позу. Это тоже было новшеством.
В Берлине в декабре 1841 года толпа впала в транс. Пресса писала:
«Пруссаки со времени приезда Листа неузнаваемы. Они аплодируют со страстью, с восторгом, с яростью, как аплодируют только в Италии».
Поклонники сражались за его перчатки и платки. Женщины выпрашивали локоны волос. Когда на концерте лопалась струна, молодые люди бросались на сцену, чтобы заполучить её и сделать браслет.
Гейне писал о нём:
«Он здесь, этот великий агитатор, наш Франц Лист, странствующий рыцарь всевозможных орденов… новый Фауст… новый Амфион… новый Гомер, принадлежность которого себе оспаривают три величайшие страны — Германия, Венгрия и Франция».
В апреле 1842 года Лист впервые приехал в Россию — в Петербург. Его ждали, о нём писали в газетах ещё с ноября 1841-го, рекламная кампания была тщательно продумана. На следующий день после приезда, 5 апреля, он играл в Зимнем дворце в присутствии императорской четы. А 8 апреля состоялся первый публичный концерт в зале Дворянского собрания — событие, которое стало легендой.
Владимир Стасов, тогда ещё начинающий критик, вспоминал:
«Мы с Серовым были после концерта, как помешанные, едва сказали друг другу по нескольку слов, а поспешили каждый домой, чтобы поскорее написать один другому свои впечатления, свои мечты, свои восторги. Тут мы, между прочим, клялись друг другу, что этот день 8-го апреля 1842 года отныне и навеки будет нам священ, и до самой гробовой доски мы не забудем ни одной его черточки».
Лист дал в Петербурге шесть концертов, причём последний — благотворительный, в пользу пострадавших от пожара в Гамбурге. Он сам принял это решение, услышав о несчастье.
В 1843 году он вернулся — на этот раз в Петербург и Москву. Но публика изменилась. В Петербурге царила «итальянская лихорадка»: тенор Рубини и итальянская опера затмили всё. Стасов позже писал с горечью: «К Листу сочувствие все более и более убавлялось. Значит, Петербургу было в 1843 году уже не до Листа, было не до всего того чудесного, поэтического, художественного, что давал он гениальною своею натурою». В Москве приём был иным — там итальянцы ещё не успели «потушить музыку», и Листа принимали блестяще.
Был и драматический эпизод. Лист рассказывал: когда он играл при дворе Николая I, император во время его игры подозвал адъютанта и стал с ним разговаривать. Лист остановился.
«Император подошёл ко мне и спросил, отчего я бросил играть. Я ответил: „Когда Ваше Величество разговаривает, все должны молчать“. Николай I с минуту на меня с недоумением посмотрел; потом вдруг нахмурил брови и сухо сказал: „Господин Лист, экипаж вас ждёт“. Я молча поклонился и вышел. Через полчаса в гостиницу ко мне явился полицмейстер и сказал, что через шесть часов я должен покинуть Петербург, что я и сделал».
По словам Листа, с тех пор он мог вернуться в Петербург только по личному приглашению императора. Впрочем, возможно, этот лишь легенда?
В 1847 году Лист отправился в турне по Украине — Киев, Житомир, Немиров, Бердичев, Кременчуг, Одесса, Николаев, Елизаветград. В Киеве студенты Киевского университета несли его на руках вместе с креслом. Он остался в городе на три недели и вместо трёх дал восемнадцать концертов, а весь гонорар проиграл в карты студенту-шулеру.
На одном из благотворительных концертов импресарио сообщил: некая дама заплатила за билет сто рублей — в сто раз больше самого дорогого. Дама оказалась княгиней Каролиной Витгенштейн. Ей двадцать восемь, она сказочно богата — около тридцати тысяч крепостных душ, — умна, образованна и несчастлива в браке.
Лист получил приглашение в её имение Воронинцы. Княгиня встретила его у ворот хлебом и солью, провела в музыкальный салон, где стояли два рояля и арфа, подарила чернильный прибор старинного серебра с фигурами Аполлона, Орфея и Прометея. Вечером она читала ему свой дневник — горестный дневник женщины, которую выдали замуж несовершеннолетней и которая готовила побег. Лист чувствовал себя так, будто знаком с ней большую часть жизни. Впервые он встретил ту, которая понимала его с полуслова.
1848 год. Лист делает то, чего никто не ожидал. В зените славы, в 37 лет, он оставляет сцену и переезжает в Веймар — маленький город, который когда-то был домом Гёте и Шиллера.
«Для меня настал момент, когда я должен буду разбить куколку моей виртуозности и выпустить свои мысли в свободный полёт»,
— писал он. Каролина последовала за ним. Она сняла дом в Альтенбурге, и Лист поселился там же — это вызвало скандал в консервативном веймарском обществе.
Их союз был странным, но невероятно продуктивным. Каролина работала с ним в одной комнате, следила, чтобы он писал.
«Если бы я не была с ним постоянно, он бы ничего не сочинил. Гений у него был, но не было усидчивости и трудолюбия. Если никто ему не помогает, он не может», -
— говорила она. За двенадцать лет в Веймаре Лист создал почти всё, что сделало его композитором: двенадцать симфонических поэм, два фортепианных концерта, сонату си-минор, «Утешения», «Пляску смерти».
Каролина пыталась получить развод. В 1860 году она добилась разрешения — но в последний момент, когда всё было готово, из Ватикана пришёл отказ. Брак не состоялся. Лист так и не женился на женщине, которая была его музой двенадцать лет. В завещании он написал:
«Всем, что я сделал за последние двенадцать лет, я обязан женщине, которую я страстно желал назвать своей супругой, чему, однако, мешали зло и мерзкие интриги отдельных людей. Имя этой любимой женщины — Каролина Витгенштейн. Она — источник всех моих радостей и исцелительница моих страданий».
В 1865 году Лист шокировал мир. В 54 года он принял в Риме монашеский постриг, стал аббатом. Носил сутану, но сшитую у портного — сутану денди. Папа Пий IX принял его с «самой отеческой любовью».
Он не исчез. С 1869 года снова преподавал в Веймаре, с 1871 — в Будапеште. Между Римом, Веймаром и Будапештом проходила его жизнь. Он давал мастер-классы — жанр, который до него не существовал. Учеников — около трёхсот. Среди них — Ганс фон Бюлов, Эжен д’Альбер, Эмиль фон Зауэр, Софи Ментер.
1886 год. Ему 75. Он отправляется в последнее турне — Будапешт, Льеж, Париж, Лондон, Антверпен, Веймар. Уже больной, едет в Байройт — к дочери Козиме, вдове Вагнера. Он хочет увидеть вагнеровского «Тристана». 21 июля он приезжает, простужается, болезнь переходит в пневмонию. Лист умрет 31 июля 1886 года, в комнате напротив дома Ванфрид, где живёт Козима. Его последние слова: «Если бы я только не умер здесь».
Его похоронят в Байройте. Не в Венгрии, не в Веймаре, не в Риме: в городе Вагнера, так пожелала Козима. Комета, которая осветила небо в год его рождения, угасла в чужом небе. Но свет — остался.
Лист создал жанр симфонической поэмы. Он придумал мастер-класс. Он сочинил «Годы странствий» — один из величайших фортепианных циклов в истории. Он транскрибировал Бетховена и Шуберта, открывая их для публики, которая не могла услышать оркестр. Он играл бесплатно для раненых, для пострадавших от наводнения, для молодых музыкантов, которым не хватало веры в себя.
Масштаб фигуры Ференца Листа впечатляет. Блистательный пианист-виртуоз, крупнейший общественный деятель своего времени, просветитель и педагог. До конца жизни он продолжал бесплатно давать уроки и концертировать. Его перу принадлежит обширное эпистолярное наследие, критические статьи и книга о Шопене.
Лист сломал стену между салоном и концертным залом, между музыкантом и публикой. Он был Колумбом фортепиано, открывшим новые земли для тех, кто пришёл после. И он был кометой — слишком яркой, чтобы её забыть.