Прокофьев. Океан-море синее
Выпуск 223
В соответствии с требованиями РАО нельзя ставить на паузу и перематывать записи программ.
Передо мной нотный лист из архива Сергея Прокофьева — запись партитуры фрагмента музыки для фильма «Иван Грозный». Фрагмент называется «Океан-море», автор — С. С. Прокофьев. Сергей Прокофьев написал музыку к двум фильмам Сергея Эйзенштейна — «Александр Невский» (1938) и «Иван Грозный» (1942 — 1945). Оба фильма — признанные шедевры кинематографического искусства, а музыка, написанная Прокофьевым, давно покинула пределы экрана и приобрела значимость самостоятельного произведения.
Одна из красивейших лирических песен Прокофьева «Океан-море синее» должна была, по замыслу Сергея Эйзенштейна, стать лейтмотивом второго фильма «Иван Грозный», прозвучать в Прологе и завершать вторую серию фильма. Песня — воплощение мечты царя Ивана о выходе к морю. Помимо воли режиссера эта чудная музыка не вошла в экранную версию фильма, но ее можно услышать в концертном исполнении — она стала частью одноименной оратории. Также в 1997 году была восстановлена, издана и записана на CD полная партитура музыки к фильму, включающая и эту песню даже в двух вариантах — для голоса и в оркестровой версии.
В своих воспоминаниях о совместной работе с Прокофьевым наиболее поэтичные строки Сергей Михайлович Эйзенштейн посвятил именно «Океану»: «Мы с Прокофьевым ходим по оркестру. Идет оркестровая репетиция песни „Океан-море, море синее“. Долговязая фигура Прокофьева, по пояс скрытая плавными движениями смычков оркестрантов, кажется движущейся сквозь колышущийся ковыль. Он наклоняется к отдельным из них и вслушивается в правильность звучания отдельных партий. Попутно он мне шепчет, указывая то на одного из оркестрантов, то на другого. И я узнаю, что „вот этот играет струящийся по волнам свет… Вот этот — перекаты волн… Вот этот простор… а этот таинственную глубину“…
И далее в воспоминаниях Эйзенштейна появляется образ океана, созданный силами гениальной музыки Прокофьева — океана бурного, словно конь копытами, бьющего прибоями или невозмутимо дремлющего в солнечных бликах. «И перед нами не олеографическая плоская „марина“, — писал режиссер, — не только стихийный и динамический образ подлинного океана, но образ гораздо более величественный, лиричный в своей детской мечте и угрожающий в гневе своем — образ человека и ведомого им государства к необходимым им водным рубежам…»
Ещё больше интересной информации вы найдете на сайте Российского национального музея музыки(открывается в новом окне).
