Табула седьмая. Загадка императрицы, или Всё могло быть иначе
Выпуск 7
В соответствии с требованиями РАО нельзя ставить на паузу и перематывать записи программ.
Маленький мальчик и «мать всея Австрии». Вольфи и Мария Терезия. Вундеркинд и императрица. Их встреча изменила жизнь ребёнка дважды: сначала Мария-Терезия запустила его на орбиту богатых и знаменитых, а потом перекрыла кислород. Пункт назначения на карте судьбы поменялся, и жизнь пошла по другой колее. А началось всё 13 октября 1762 года в венском Шёнбрунне.
Летняя резиденция Габсбургов, Зеркальный зал. Роскошь, помноженная на имперское величие: белые стены и мебель, красные бархатные шторы, золото светильников и лепнины. Эта красота отражается в глади семи огромных зеркал, стирая границы пространства. Император Франц I с женой, их дети и придворные вельможи пришли на концерт мальчика, похожего на куклу. У него большие голубые глаза, светлые волосы, пухлые щёчки, огромный парик с буклями, смешные туфли на каблучке и камзол. Его ноги не достают пола, а он своими крошечными пальчиками такое вытворяет на клавесине! Играет незнакомые произведения с листа, труднейшие пассажи на закрытой платком клавиатуре, с завязанными глазами, повернувшись задом и даже одной рукой. Но главный трюк впереди.
«Господа! Каждый из вас может предложить Вольфгангу Амадею Моцарту, юному музыканту из Зальцбурга, любую тему. Он при вас сочинит на неё пьесу и сыграет», — объявляет отец вундеркинда. И на глазах удивлённой публики из мелодии, записанной на клочке нотной бумаги, вырастает целая соната. «Маленький колдун», — скажет император, а его жена Мария Терезия посадит прелестного гения на колени и расцелует. «Вы меня любите? Правда-правда любите?», — вопрос мальчика императрице навсегда останется в истории. Как и её ответ.
После первой встречи минуло 10 лет. За это время с лёгкой руки государыни «маленький колдун» успел обрести статус вундеркинда, завоевал Европу, познал сладость денег и славы, успел вырасти и почувствовать: удача — дама коварная. Когда от него отвернутся крупные королевские дворы, останется маленькая Флоренция. Там правит сын Марии-Терезии — Леопольд. Ему нужен придворный композитор, и отец Моцарта посылает новую оперу своего чада с просьбой о должности и получает отказ. Он так и не узнает, что причина в Марии-Терезии, в её письме Леопольду:
«Ты спрашиваешь, должен ли принять к себе на службу юного зальцбуржца? На что тебе сдались ненужные люди? /Они/ словно нищие шляются по свету и дискредитируют хозяина».
«Бесполезные паразиты», «искатели лёгкой жизни» и «фигляры» — других слов для четы Моцартов у неё не нашлось.
Откуда столько ненависти? Да и вообще, разве монаршее это дело — строить козни какому-то безродному мальчишке? Ответа нет, но факт остаётся фактом: великая императрица изменила линию судьбы композитора. В солнечной Италии всё могло быть иначе…
