Табула девятнадцатая. Селфи со звездой

Представьте, перед вами машина времени. Куда махнуть? Может, в Вену? Выбираем год — пусть будет 1786-й. Остаётся нажать на пуск, и вы в центре города на улице Грабен, а навстречу идёт… герр Моцарт собственной персоной! Ваши действия? Этот вопрос не раз задавали на форумах, и всегда с перевесом побеждал ответ: «селфи со звездой». Случись такое на самом деле, этому селфи не было бы цены. Потому что мы до сих пор не знаем, как выглядел солнечный гений.

По описаниям, у него огромная голова и маленькое тщедушное тело; бледное лицо, обезображенное оспинами; огромный нос; брови разной толщины; один глаз больше другого и на левом оттопыренном ухе отсутствует мочка. Монстр, да и только. Но как проверишь, если Моцарт умер за несколько десятилетий до того, как появилась фотография? Не повезло и с посмертными масками. Одну, как считают исследователи, уничтожила любимая жена Констанца. Вторая пропала из частной коллекции лет через десять, и к началу XIX века уже не с чем было сравнивать портреты композитора. Они настолько отличались друг от друга, что за помощью обратились к ближайшим родственникам.

Вдова выбрала незавершённую работу своего зятя Йозефа Ланге — актёра и по совместительству художника-любителя. На правах свояка, а потом и друга он часто бывал в доме Моцарта. В результате появился холст, на котором изображён профиль красавчика с гривой непокорных бетховенских волос. Его не портят даже диспропорции: большие навыкате глаза и мини-рот, крошечный подбородок и огромный лоб. Но главный в этом лице — нос. Он похож на прекрасный клюв птицы. Одни считают, что Моцарту здесь 26 лет. Другие настаивают на цифре 35. А верховный суд — Зальцбургский Моцартеум — постановил: 33 года и точка. Апелляции не принимаются.

Свидетель № 2 — старшая сестра Наннерль. Провела рядом с братом четверть века, и для неё «Вольфи как живой» только на семейной картине делла Кроче: отец со скрипкой, брат с сестрой за клавесином, а на стене — портрет умершей матушки. Это она наградила наследников огромным, мясистым носом с горбинкой. А ещё тоненькими губами и острым подбородком. У Вольфганга хороши только глаза — большие, грустные и совсем не навыкате. Ему здесь 25 лет.

Окончательно всё запутал портрет, который нашли в Берлине в начале нулевых. На нём полный человек в зелёном сюртуке и красивом кружевном жабо. На вид — лет пятьдесят, лицо нездоровое, одутловатое, с мешками под глазами. Но сколько же в этих больших глазах доброты, ума, обаяния и интереса к жизни! «Наверное, в молодости был красавцем и баловнем женщин», — подумает каждый, кто увидит работу кисти Иоганна Эдлингера. И вдруг неожиданная новость: это последний прижизненный портрет Моцарта, написан за год до смерти. Значит, ему здесь 34.

Три атрибутированных портрета, и который из них самый достоверный не знает никто. А может, как у Гоголя, сделать из них один? Глаза со смешинкой взять от Эдлингера, непокорную гриву волос и острый птичий нос — от Ланге. А у делла Кроче взять руки изумительной красоты с длинными совершенными пальцами. Только вот незадача: пальцы у Моцарта были короткие. И это бесспорный факт.