Табула четырнадцатая. За кулисами свадьбы
Выпуск 14
В соответствии с требованиями РАО нельзя ставить на паузу и перематывать записи программ.
Тёща… Какое сладкое слово для уха матери, у которой на выданье взрослая дочь. А если их четыре, да к тому же они бесприданницы? Как у вдовы переписчика нот из Мангейма Сесилии Вебер. В поисках мужа для одной из своих чад она не остановится ни перед чем. Наделает столько шума в истории, что изменит ход самой истории.
— Позвольте представиться. Я опекун фройлен Констанции Вебер и несу ответственность за её счастье и благоденствие.
— И что?
— Я вправе требовать объяснения, согласны ли вы жениться на ней? Если имеете серьёзные намерения, извольте подписать обязательство.
— А если откажусь?
— Тогда я буду просить вас прекратить с ней всякие отношения.
— И что?
— Я вправе требовать объяснения, согласны ли вы жениться на ней? Если имеете серьёзные намерения, извольте подписать обязательство.
— А если откажусь?
— Тогда я буду просить вас прекратить с ней всякие отношения.
Вот так современные писатели фантазируют на тему диалога Вольфганга Амадея Моцарта с Иоганном Торвартом — близким другом фрау Вебер, её сообщником и реальным опекуном её дочери. После ультиматума композитор якобы так испугался, что сразу подписал брачный договор: в течение трёх лет жениться на девушке. В противном случае он должен выплачивать компенсацию и ей, и её матери. По-жиз-нен-но! Сцена, достойная комедии Бомарше. А как всё начиналось…
Молодые люди познакомились, когда Вольфи было 20, а Станцерль — 14, но не она покорила сердце молодца. Её старшая сестра Алоизия, роман с которой закончится разрывом. Спустя несколько лет всё повторится: фрау Вебер и её частный пансион, постоялец Моцарт, а в качестве приманки уже подросшая Констанция. Из достоинств у девицы лишь «тёмненькие глазки да высокий рост». Из недостатков: большой нос, не понимает юмора и певица, в отличие от сестры, никакая. Но… молодость есть молодость: как честный человек Вольфганг уступает шантажистам и покидает «обитель греха».
Дальше всё предсказуемо как в плохом фильме: Станцерль «неожиданно» находит брачное обязательство, рвёт его на глазах у любимого и уходит из дома, будто на дворе не XVIII, а XXI век. Наивный гений сражён, он укрывает девушку в доме своей ученицы баронессы фон Вальдштеттен. Капкан захлопывается: военную полицию, арест и обвинение в растлении дочери ему обеспечит всё та же Mutti — милая фрау Вебер. Или… немедленная свадьба!
Письмо отцу о причинах скороспелой женитьбы — уникальное: взрослый сын то умоляет, то объясняет, то требует. В послании много про эрос, который стучится в дверь:
«Громко говорит природа, но я слишком религиозен и брезглив, чтобы общаться с сомнительными девушками».
Про избранницу:
«Домовитая, скромная, и убирает, и готовит, разве что не штопает себе чулки».
Вот только про любовь — ни слова. Да и не хотел Леопольд Моцарт об этом слышать. Он был убеждён: мамаша Вебер и её дочь заманили сына в сети, и «теперь его карьера будет загублена постоянной нуждой, так как вся семья жены окажется у него на иждивении».
Провидец!
Отец не ответит на письмо сына, впервые не поздравит с премьерой (оперы «Похищение из сераля»), не приедет на свадьбу и его благословение доставят уже после венчания. Вот так бедная вдова переписчика нот Сесилия Вебер, которая очень хотела быть тёщей, изменила ход музыкальной истории. Ваше право этому не верить, ведь в запасе всегда остаётся добрая и вечная сказка про неземную любовь.
